Про цели и ценности психотерапии

 

Ой, я нашла, что я писала почти 5 лет назад про цели и ценности психотерапии. Надо сказать, этот текст по прежнему про меня. Правда, я стала менее идеалистически настроенной, вижу больше своих ограничений и отдаю больше ответственности клиенту.

 

Я бы добавила к важному, что хороший показатель психотерапии, когда у клиента появляется выбор там, где раньше он переживал вынужденность (хотя это уже до меня так красиво сформулировал... забыла кто). А где выбор, там и ответственность за выбор. Ощущение свободы и ответственности за свою жизнь - неплохие результаты терапии, как вы считаете? Только что-то их никто не просит напрямую (здесь должен быть такой саркастический, но добрый смайлик человека, который пожил, и все понимает про людей).

 

Ещё бы я добавила про принятие себя. Это как раз просят. И особо отчаянные и мотивированные приходят к этому. Не как к конечному результату, а к большей гораздо степени принятия себя. Перестают (ну, почти) делить на черное и белое все то, что я романтично назвала в старом тексте "проявлениями души": чувства, фантазии, ощущения и др. Интересоваться начинают, а не оценивать.

 

Ну, а теперь мой старый текст.

 

"Каждый практикующий психолог и психотерапевт работает по-своему, опираясь на свой уникальный человеческий и профессиональный опыт, на те ценности и цели терапии, которые ему ближе. Мое понимание - оно такое.

 

* Психотерапию я понимаю буквально как «исцеление души», «лечение души». Заботу о душе. Душа - это что-то необъяснимое, живое, многомерное, изменчивое, что-то, что никогда невозможно познать целиком. Наша душа проявляется в телесных ощущениях, чувствах, снах, фантазиях, в наших отношениях с людьми и миром. Если душа болит, то лечит, исцеляет ее, прежде всего, внимание к ее проявлениям и потребностям. Именно этим занимается психотерапия.

 

* У каждого душа – своя, уникальная и неповторимая. И решить, что для нее хорошо, может только она. Поэтому я не принимаю решения за клиента. И у меня нет ответа, как ему жить. Зато этот ответ точно есть у него. Психотерапия – это помощь в нахождении собственного ответа.

 

* Когда душа болит, горюет, находится в апатии, депрессии, самые близкие люди зачастую не могут нам помочь. Им больно и трудно видеть нас такими. Они могут из добрых побуждений пытаться как-то повлиять на переживания нашей души: советами («тебе надо…»), отрицаниями («да брось ты!», «нашла о чем переживать!»), поторапливаниями («соберись, тряпка!») и т.д. Но торопить переживания – для души не полезно. Она живет своим темпом и своими потребностями. Любые нормы, сколько и как переживать какое-то чувство – вредны для конкретной души. На психотерапии с помощью специалиста можно дать себе время переживать любые чувства столько, сколько вам требуется.

 

* Я далека от идей о «программировании» и «перепрограммировании» души. Также мне не близка идея об уничтожении (убийстве) каких-то ее частей, пусть они даже воспринимаются как «тараканы», «заморочки», «ментальный мусор». «Улучшение», «повышение эффективности жизни», «совершенствование», «вправление мозгов» – мне не хочется применять все это ни к своей душе, ни к чьей либо еще. Этим я не занимаюсь.

 

* Мне близка идея психотерапии как совместного путешествия, где психотерапевт является сопровождающим, иногда проводником. Психотерапевт-проводник не может знать, как именно устроена «территория души» у конкретного клиента. Это предмет совместного исследования. Я убеждена, что психотерапевт может быть проводником, только если он сам уже проделал значительное путешествие по своей душе (в качестве клиента психотерапевта). Тогда он может помочь выдержать все те трудности и кризисы, которые неизбежно встречаются в длительной психотерапии.

 

* В краткосрочной терапии возможны изменения – на уровне поведения, симптома. Как выпить таблетку от головной боли – она пройдет. А потом может появляться опять, если не разобраться с причиной. В психотерапии тоже самое. Любой симптом – говорит о какой-то нашей задавленной, не расслышанной потребности. Для того чтобы услышать ее нужно время. Жизнеизменяющие, глубинные изменения происходят в процессе длительной работы. Для каждого срок индивидуален: кому-то нужны месяцы, кому-то годы.

 

* Мы все с детства впитывали послания родителей, бабушек-дедушек, воспитателей, сверстников и других важных людей о том, какими мы должны быть. Зачастую этих посланий было так много, и они были такие пугающие, что за ними стало сложно слышать: А кто же я сам-то такой? Что я хочу? Что я люблю? В чем мое удовольствие? Забота о душе состоит в том, чтобы разобраться. В буквальном смысле, как в шкафу. Разобрать, что из того, что руководит моей жизнью на самом деле мне не подходит ("я из этого вырос", "мне оно сейчас не нравится")? Что я оставлю (нравится, доставляет удовольствие, ценно)? Чего мне не хватает еще? Сколько "полочек" разобрать - решение клиента.

 

* У меня есть свои ограничения. Профессиональные мои ограничения связаны с тем, с какими клиентами я не работаю. Но у меня есть просто человеческие ограничения. И как человек я не могу избавить клиента от всех проблем, от боли и страдания: это не под силу ни одному человеку. Я также не могу гарантировать результат работы: он зависит не только от меня, но и от клиента, от его выбора, мотивации, мужества. Показателем хорошей работы считаю то, что в процессе работы клиент осознает и интегрирует изменения (те, которые он считает позитивными) в жизнь, быстрее и легче выходит из состояний, в которых раньше мог застревать надолго, может поддерживать себя, давать себе то, в чем нуждается".

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload

© 2016 Екатерина Бойдек

При копировании материала прямая ссылка на сайт обязательна.

© Создано и поддерживается